Алкоголь вошёл в общество, как вор, — без шума, но с длинной тенью. Он даёт лишь одно: иллюзию забвения, в которой ум перестаёт быть хозяином, превращаясь в шаткую свечу на ветру. Забирает же он больше, чем обещает: ясность, волю, достоинство. Не трезвый ум — лёгкая добыча собственных демонов, и зависимость становится цепью, которую человек сам … Читать далее
Мир не ждёт наших слов и не склоняется перед нашими страхами — он движется так же спокойно, как прежде, следуя своим древним линиям. То, что люди называют катастрофой, для природы — лишь выдох, разряд старой силы. Если ей нужен разлом, она открывает его без просьб и согласий. Человек может попытаться задержать этот ход, как треножник … Читать далее
Ребёнок до семи лет — как уголь в ладонях: или разгорится, или погаснет. Но многие прячут этот огонь в стены яслей и садов, чтобы не слышать собственного страха быть рядом. Так рушится связка поколений: малышу внушают ненужность, а потом удивляются, что старость приходит пустой, без руки, которая могла бы поддержать. Любовь к детям — не … Читать далее
Когда мать уверена, что девушка сына держит его на привороте, она борется не с девушкой — она борется с собственной тенью. Она мчится по “целительницам”, отдаёт судьбу ребёнка чужим рукам, будто пытаясь стереть следы магии, но шаманка сказала бы прямо: стираются не чары, а остатки мужской воли. В таких семьях всё пахнет страхом потерять контроль, … Читать далее
Когда мир кричит о катастрофах, я вижу лишь дымовую завесу. Нет великого потепления, нет падения климата, нет вселенских болезней — есть только старая игра властителей: сперва раздавить страхом, объявить обречённость, а затем продать спасение, будто оно у них в кармане. Человек, потерявший опору внутри, легко поддаётся этому шёпоту ужаса. Но шаман стоит иначе: он смотрит … Читать далее
Добровольный уход из жизни — это не грех и не подвиг, это разорванная трещина в ткани духа. Все религии боялись его, потому что не понимали, что на тонком плане человек, выбравший уход, не исчезает — он застревает между выдохом и решимостью. Шаман знает: такое решение оставляет след не только на душе самого уходящего, но на … Читать далее
Дом, забитый десятью богами, всегда пахнет растерянностью. Ты входишь — православные лики, индийские божества, Таро, амулеты, бубен шамана — и не понимаешь, музей это или ярмарка блуждающего ума. Человек мечется, пытаясь угодить всем сразу, надеясь, что количество заменит глубину. Но дух не влюбляется в того, кто разрывается. Сила откликается только на тех, кто стоит на … Читать далее
Беспокойные родители создают невидимую тюрьму вокруг детей: страх обвивает их, как тонкая нить, что сжимает дух и мешает судьбе течь свободно. На тонком уровне тревога — это приказ Вселенной остановить жизнь, а недоверие миру — вызов Богу, будто родитель знает лучше. Вред прост: ребёнок получает программу опасности, не умеет дышать самостоятельно, а родитель стареет сердцем, … Читать далее
Деньги не делают человека злым. Богатство не грех и не порок. Это просто сила, как огонь: в одних руках он согревает, в других — сжигает. Деньги дают движение — к мечте, свободе, выбору. Но вместе с силой приходит ответственность: не разрушить, не осквернить, не превратить энергию в яд. Деньги снимают маски: когда не нужно просить, … Читать далее
Не отдавай “последнее” — это слово живёт только в дрожащем уме. У того, кто цепляется за копейки и шмотки, всегда “последнее”, даже если сундуки полны. А тот, кто может дать — знает: у него всё бесконечно. Сострадание не в том, чтобы снять рубашку и ходить голым ради чужой дыры. Это не благотворительность, а жалость к … Читать далее