Когда человек падает в нищету духа, он просит мелочь — крошку, что кормит его слабость. Но истинный дар — не в подачке. Он в том, чтобы увидеть сквозь грязь, страх и маски его целостность, как видит шаманка, что идёт по дороге древних: без жалости, но с ясностью. Она не даёт то, что хотят руки, — она даёт то, что просыпает сердце. Пройти мимо — значит отвернуться не только от него, но и от самого основания мира внутри себя. А дать то, что он просит, — значит усилить его плен. Настоящий дар — напоминание о природе, которая никогда не была сломанной. Это не милость, а возвращение к силе, что всегда была в нём, просто скрывалась под пылью страха.
